School wars

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » School wars » Здание школы » Художественный класс


Художественный класс

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Большое помещение, с множеством свободного места, дверь находится в конце кабинета, также много шкафчиков, мольбертов, столов и картин. В этот кабинет мало кто заходит. Тут всегда пахнет краской и лаком.

0

2

The beginning of the game

Суббота. Утро. За окном накрапывает мелкий дождик, скажите погода будто сама подгоняет настроение, такое ленивое. Но к Дэни это не относится, сидеть на месте? Сейчас очень скучно, особенно, когда одна. Девушка быстро оделась, вышла из комнаты и быстрым шагом куда - то направилась, предварительно заперев дверь, а то мало ли что. Куда она идет? Ее шаги уверены, рыжие кудри чуть подпрыгивают, глаза сияют зародившейся идеей.
- Только бы было не заперто, - мысленно молила себя девушка. Коридор заканчивается и юная особа находится перед дверью, глубокий вдох и секундное колебание, рывок двери, и о небеса, она открыта, сейчас счастью нет предела. Миррен ступила в класс, как гласила табличка "Художественный", сразу возникает много ассоциаций с этим местом.
Запах акварели, гуаши, лака и воображения, что может быть лучше субботним утром?
Пройдя в глубь класса: к шкафам, школьная звезда вытащила краски, кисти, карандаш, ластик, и стакан. Подвинувшись чуть правее,  выудила мольберт. А руки заняты, куда бы все положить, у нее было такое большое желание что - нибудь нарисовать, что ее движения были резки, быстры и суетливы, обходя одно из препятствий, споткнулась о свою ногу и с грохотом упала на пол.
- Ау. - зашипела она, умеет же Дэни феерично упасть и "мягко" приземлится. Коленка саднила, больно. с обидой подумала она.
Обладательница локонов приподнялась с пола. И стала медленно поднимать все, что уронила. Затем поставила мольберт и приготовила все для работы, Дэни подвела карандаш к бумаге и застыла, что нарисовать? - Задумалась она. Оглядев все вокруг поняла, что взгляд ничего не цепляет, что же делать? За окном дождь и пейзаж сразу отметается, может натюрморт или чей - то портрет.
Идея появилась неожиданно. Карандаш начал выводить на бумаге знакомые черты лица, кресло, в ней сидит молодой человек с книгой.
- Как - то не очень получается, рисовать по памяти оказывается сложно.  - грустно вздохнула девушка. - Но, вот что не так?  Вроде все пропорции соблюдены, а вот парень на картине не выглядит живым. - и снова вздох.

+1

3

начнем, что ли.


Когда, как не в субботу, дойдут руки до рисования? На учебной неделе получается не всегда, ведь мало того, что учителя немилосердно наращивают учебную нагрузку, так еще и язык обучения, все так же с трудом поддающийся, задачу не облегчал. Так что, утихомиривая вдохновение разве что грубыми беспорядочными набросками в эскизнике. Суматошные попытки поймать людские лица в плен бумажного листа: одноклассники, преподаватели, знакомые и незнакомые, обрисованные несколькими штрихами, но все равно узнаваемые.
Душа же требовала иного. Засесть на несколько часов и утихомирить зуд на кончиках пальцев, выплеснуть накопленные образы из снов и реальностей.
Именно поэтому Вэл ни свет ни заря выбрался из комнаты, и через пару десятков минут бесед с вахтером и намеков на свой не-совсем-официальный статус "главного по кисточкам" уже открывал дверь художественного класса, укатанного сумрачной дымкой промозглого утра.
Правда, разложив мольберт в своем любимом углу у окна, прикрепив к нему шероховатый лист бумаги и открыв было сумку, Торн обнаружил, что спросонок забыл взять самое главное - свою акварель. Да, те наборы, которые лежали в художественном классе, были неплохи, но Валентин считал, что они ни в какое сравнение не идут с его собственной акварелью марки, которой он пользовался уже несколько лет, эксперентируя с сочетаниями цветов, докупая по необходимости дополнительные ванночки и тюбики и привык к ней настолько, что любые другие палитры вызывали у него легкий ступор. Буркнув себе под нос что-то малоцензурное, Валентин вышел из кабинета, прикрыв дверь, и пошел за красками в общежитие. Дверь не закрывал - вернется он быстро, зачем совершать лишние ненужные телодвижения?
Вернулся он действительно быстро, как величайшее сокровище, бережно неся в руках аккуратную деревянную коробку с замысловатыми вензелями логотипа фирмы на крышке. Войдя обратно в художественный класс, альбинос понял, что не одному ему пришла в голову идея порисовать с утра. Второй мольберт был установлен напротив двери, но даже так из-за него были видны огненно-рыжие локоны.
Дэни, кто ж еще настолько же повёрнут на рисовании?
- Доброе утро, - обратил на себя внимание англичанин, проходя в свой угол и попутно окидывая взглядом девушку с легкой улыбкой. Они были даже в разных классах, но она была была настолько приветлива и дружелюбна, что быстро смогла завязать приятельские отношения с Валентином. Тем более, что они частенько вдвоем пропадали за мольбертами до позднего вечера, или могли застрять в коридоре, оживленно обсуждая дела художественные.
Валентин поставил коробку акварели рядом с мольбертом, набрал воды, приготовил кисти. Дело было за малым - решить, что именно рисовать из вороха идей. Хотя, конечно, всегда можно было нарисовать Миррен, хотя Валентин предпочитал странно-сказочные сюжеты, порождаемые его разумом и воображением. Наконец, первые легкие штрихи твердого карандаша легли на шероховатый лист. Широкий простор степи, обрамленной высокими горами с шапками снега; деревья с причудливо изогнутыми стволами; рыжеволосая девушка в латном доспехе верхом на странном гибриде дракона и медведя. Потом, на этапе работы с цветом, добавится и ветер, кружащий сухие пылинки, и смерч, который приближается с гор, и темное грозовое небо, надвигающееся в сторону героини рисунка. Но это будет потом, а сейчас - только тонкий карандашный рисунок.
Где-то впереди тяжко вздыхает Дэни.
- Не выходит? - участливо спрашивает Торн, светская беседа и все такое. Да и вообще, атмосфера должна быть светлой и творческой, чего сложно добиться, когда у кого-то что-то не получится. - Что ты там рисуешь вообще?
Тем временем Вэл кладет первый едва видный слой охры, прозрачный, временами сходящий на нет. Художественный зуд из пальцев перетекает на кончик колонковой кисти и дальше, пигментом по бумаге. Хочется кофе.
- Если что, могу попробовать помочь.

+2

4

Девушка сидела перед полотном и хмуро водила остро заточенным карандашом по шероховатой поверхности бумаги.  В этот момент до нее донеся знакомый голос, что заставил ее лицу изменится. Дэни доброжелательно или, лучше сказать, солнечно улыбнулась парню.
- Доброе. Как я понимаю у "дураков " мысли сходятся? - Усмехнулась Миррен. - Мне нравится эта погода. Спокойная такая. Что думаешь, Валентин? - Дэни называла его только по полному имени, не зная как относится к этому парень.
- Сегодня опять зависнем тут до поздна, пока охранник с коминдантшей нас не выгонят? Помнишь как в прошлый раз? - Девушка вновь улыбнулась, у нее не выходил рисунок, поэтому она решила занять себя разговором с Торном. Жаль, что ее начинает мучать совесть, ведь она в некой степени отвлекает и собеседника от творения.
Потом обладательница рыжих волос повернулась к своему полотну, штришок за штришком, картина медленно, очень медленно приобретает живность.
Если смотреть со стороны на парня с кудрявыми белыми волосами, то всегда можно смотреть только с улыбкой, его страсть, которая появляется, кажется, из неоткуда, распространяется. Это вдохновение, его муза никогда не подводит его. Дэни явно залюбовалась тем, как рисует Валентин. Ей нравилась его необычная техника. Хорошо так, когда тебя понимает родственная душа.
Девушка вновь перевела взгляд на свое "творчество". Но вот все равно не хватает чего - то, то ли тени, то ли блика. Вздох невольно срывается с ее губ - это привлекает внимание Вэла.
-  А? - удивленно переспросила девушка. - А, ну да. Не получается. Я.. - Дэни чуть запнулась. - Я рисую Рена. Хаттори. - почему она смущается? на щеках выступил багровый оттенок.
Следующая фраза просто заставила ее впасть в ступор на пару секунд, затем широкая улыбка заиграла на лице. Да, парень не раз помогал ей с пейзажами или натюрмортом, а тут ее любимое направление. Портрет. Как - то стыдно. Хотя, что постыдного, что у тебя что - то не получается? Ведь мы учимся на своих же ошибках.
- Да, если не сложно, помоги мне, пожалуйста. - улыбалась Дэни.
Юная особа отодвигается чуть в сторону, чтобы дать пространство Валентину. Он то точно подметить, то чего сейчас не видет она. Дэни увидит это позже, или только тогда, когда ей пальцем тыкнут и скажут, что вот в чем вся соль.
- Валентин, вот что не так? Ну ты же тоже видишь недочеты. Покажи почему он не выглядит живым? - Просила девушка, переводя взгляд то на картину, то на лицо Торна.

+2

5

- Мне нравится эта погода. Спокойная такая. Что думаешь, Валентин? - беседа неспешно текла своим ходом. Торн отвлекся от мольберта и бросил взгляд за окно, где уже рассеялся утренний туман. Окружающей среде это мало помогло - было по-прежнему пасмурно и промозгло. Валентину это было на руку, впрочем; взгляд альбиноса неосознанно пропутешествовал по бледным конечностям, торчащим из рукавов кофты. Ребро правой ладони было серым от случайно растертого карандаша. На кончиках пальцев поселились охристые пятна краски. Никогда не получалось рисовать аккуратно.
Но надо и на вопрос отвечать.
- А как ты думаешь? - альбинос усмехнулся листу бумаги, мол, мы то знаем, каково быть белыми. - Не то что бы у меня с солнцем было особое взаимопонимание, знаешь ли. Лучше уж пусть дождь.
Первому слою нужно просохнуть. Техника влажной акварели красива, но здесь абсолютно неуместна. Так что Торн оставляет свой мольберт, неспеша, мурлыкая что-то под нос, идет к раковинам дабы сполоснуть руки, вполуха слушая реплику Дэни.
- Хаттори? Почему я не удивлен. - и теплая улыбка достается рыжеволосой. Торн вскользь думает, что понимает, почему любимые художников так часто становятся их музами - они всегда под рукой. Они всегда рядом. Помнишь каждую черточку лица. Видишь разные ситуации, которые хочется зарисовать.
В общем, тем, что Дэни рисует Рена, Валентин д е й с т в и т е л ь н о не удивлен.
От раковины - к мольберту, но не к своему, а коллеги. Прищурившись, Торн оглядел набросок.
- Очень неплохо, - после нескольких минут разглядывания признает он. - Твои навыки становятся все лучше и
лучше.
- да, это звучит в некоторой степени…высокомерно, что ли, особенно, добавь Вэл в голос соответствующей эмоциональной окраски. Но нет, голос парня был по-прежнему спокоен и доброжелателен; в конце концов, все, кто время от времени посещал худкласс, в той или иной степени признавали уровень Валентина, после чего за ним и закрепился неофициальный статус главного художника школы.
Откашлявшись, молодой человек продолжил.
- Я даже не знаю, что именно тебя смущает. Ты все пропорции проверяла? Посмотри на построение лица, вообще на мелочи. И вообще... Ты рисовала, ты выплескивала свое вдохновение. Если он получился таким - в таком стиле, такими материалами - значит он и должен быть таким. Или тебе важнее фотографическая точность? - Торн перевел взгляд на портрет, в который раз уже бессильно бесясь от своего косноязычия. - Он действительно хорошо получился, он узнаваем... А насчет "выглядит живым" - мы все же не в Хогвартсе.
Нет, ну серьезно. Живым? Смешно спрашивать о таких вещах Валентина. "Как живой" - это прерогатива фотографии. Живопись дает безграничные возможности, зачем ограничивать себя этим "как живой"?
- Попробуй сделать позу более расслабленной - он слишком зажат. - все-таки находит хоть какой-то выход Вэл. - И сделать штрих более легким - скетчи всегда выглядят живее. А остальное - в твоей голове.
Юноша возвращается к своему мольберту, пальцем пробует уголок - убедиться, что акварель окончательно просохла, и садится за собственную работу дальше. Время для цвета и поисков по палитре того самого.
Это захватывает.
Не хватает музыки, что Торн быстро исполняет, вставляя в уши небольшие наушники-капельки и включая на смартфоне один из плейлистов, предназначенных специально для ловли вдохновения.
И - погружается в работу с цветом так глубоко, что не видит, не слышит, и не замечает ничего, кроме своего рисунка.
Вынырнул Валентин из своего состояния, охваченного маревом вдохновения, только через пару часов (по крайней мере, об этом заявляли настенные часы в кабинете). К его удивлению, худкласс был пуст - мольберт Дэни был убран на место, как и принадлежности. Видимо, девушка закончила свой рисунок (или решила его больше не мучать) и ушла навстречу делам более интересным. Валентин, усмехнувшись, пожал плечами - ее дело, в конце концов.
Юноша встал из-за мольберта, потянулся всем телом, чувствуя, как ноют несколько затекшие мышцы.
В худклассе определенно нужна кофеварка. Плевать, я готов потратить собственные деньги, но она просто необходима.
Размявшись, Торн уселся обратно за работу - он хотел закончить рисунок за сегодня. Музыку, правда, не включал, дабы опять не погрузиться слишком глубоко. Юношу все же грызло легкое чувство вины за то, что он даже не заметил ухода приятельницы. Это было как-то неправильно.

Отредактировано Valentine Thorn (2012-12-17 03:42:20)

+1

6

Начало игры

Утро субботы, как и каждое утро Алваро, было насыщенным. А конкретно это вышло еще и напряжённым: только что Эухенио разругался с мисс Голдберг – преподавателем боевых искусств, просто помешанным на дисциплине и субординации. Этих качеств преподавателя было вполне достаточно для возникновения у испанца стойкой к ней неприязни, но в открытый конфликт это вылилось только сегодня. То, что Эу был сам виноват в сложившейся ситуации, отнюдь не добавляло ему благодушия, напротив, распаляло ярость еще сильнее.
Поэтому в художественный класс, в котором должен был встретиться с Валентином, юноша буквально залетел. То есть, забегать в помещение, снося всё на своем пути, нормально для Алваро, но обычно он при этом более жизнерадостный и не пинает мольберт, за которым как раз сидит его друг.
Не обращая внимания на сделанное – не упало же ничего, значит, все хорошо – испанец сразу приступает к жалобам на, несомненно, самого нелюбимого преподавателя Канрина, забыв даже поздороваться:
- Она назначила мне взыскание! Я всего лишь попросил её взять Кейси в команду, хотя девушкам и нельзя, а Голдберг в ответ разоралась, что я её оскорбляю ещё и сопляком назвала! Хорошо хоть, в команду приняла, а то с неё станется выгнать за просто так! Но взыскание! Словно мне больше нечего делать! В жизни не ходил на взыскания и к ней не пойду:  фестиваль всё-таки, такое только раз в году бывает. Может, японцы всё-таки умеют веселиться? Слушай, ты же уже год в Японии живешь, знаешь, как это их кимоно надевать?  Сказали, что на праздник только в них идти. Думал раньше, что это просто что-то вроде халата, но там на кровати столько всего лежит! В общем, я запутался.
Испанец обошел друга и глянул на полотно:
- А ты зачем работу перечеркнул? Красиво же выходило! Правда, дракон какой-то странный, больше похож на чешуйчатого медведя, но все равно круто. Тебе надо быть увереннее в себе! - Алваро сокрушенно покачал головой, ободряюще похлопал приятеля по плечу и отошел в середину аудитории.
- Странно, что за два месяца я в первый раз здесь оказался, учитывая, что ты пропадаешь здесь чуть ли не днями. Тут просторно. И атмосфера такая, в самый раз для творчества: вдохновение и труд. Я бы сюда синтезатор притащил.
Раз работа все равно испорчена, то давай, заканчивай и пойдем переодеваться. Надеюсь, мы наденем все как надо: не хотелось бы, чтобы это все распахнулось в неподходящий момент!

---> cад Намимори

Отредактировано Euhenio Alvaro (2013-01-29 08:51:56)

+1

7

Бабац!
Дверь художественного кабинета рывком распахнулась вовнутрь, описала дугу и со всей силы ударилась о стену, жалобно затрещав.  Удивительно, как вообще с петель не слетела.
А вот и Эу. Я почему-то думал, что их тренировка, или что у них там было, продлится подольше.
Да, действительно, это именно испанец, который как некое разрушительное природное явление по типу смерча там или урагана влетает в комнату, сметая все на своем пути. Юноша двигается настолько быстро, что пара тонких листов бумаги, не в силах противиться, спархивают с полок и разлетаются по полу. На этом, впрочем, Алваро творить хаос не прекратил.
- Она назначила мне взыскание! Я всего лишь попросил её взять Кейси в команду, хотя девушкам и нельзя, а Голдберг в ответ разоралась, что я её оскорбляю ещё и сопляком назвала! Хорошо хоть, в команду приняла, а то с неё станется выгнать за просто так! Но взыскание! Словно мне больше нечего делать! В жизни не ходил на взыскания и к ней не пойду:  фестиваль всё-таки, такое только раз в году бывает. Может, японцы всё-таки умеют веселиться? Слушай, ты же уже год в Японии живешь, знаешь, как это их кимоно надевать?  Сказали, что на праздник только в них идти. Думал раньше, что это просто что-то вроде халата, но там на кровати столько всего лежит! В общем, я запутался. - каждую фразу, перенасыщенную эмоциями настолько, что Эу не хватает разве что восклицательных знаков, массово порхающих над головой, Эухенио сопровождал...ну, практически акробатическим этюдом, включающим в себя активное размахивание руками и, о черт, пинок мольберта, за которым работал Валентин. Кисть дергается. Алая краска, предназначенная для пары деталей на доспехе героини рисунка, резким росчерком пересекает добрую половину листа.
Что остается Торну? Разве что вздохнуть. На Эу невозможно злиться; так же, как его невозможно перебить. Да и за что злиться - за то, что Алваро такой... Алваро? Это просто смешно.
- А ты зачем работу перечеркнул? Красиво же выходило! Правда, дракон какой-то странный, больше похож на чешуйчатого медведя, но все равно круто. Тебе надо быть увереннее в себе! - Валентин действительно не знает, как на него можно злиться и улыбается кончиками губ. После чего начинает потихоньку убирать рабочее место - сегодня он больше рисовать не будет, а потом подумает, во что можно превратить эту красную кривулину.
- И тебе привет, друг мой. - Вэл таки решает воспользоваться паузой в пламенных речах испанца. - С кимоно не вопрос, разберемся. Хотя я в фестивале еще тоже ни разу не участвовал. - о тонкостях облачения в традиционную японскую одежду Валентин слабо осведомлен, точнее говоря - никак, но уповает на великий Гугл, который просто обязан снабдить двух иностранцев внятной инструкцией по упихиванию своего тела в ворох традиционных тканей.
Акварель и карандаши отправились в недра сумки. работа - на полку, мольберт к стене. Торн оценивающе посмотрел на руки, все в пятнах акварели, но оставил все как есть - в комнате тоже есть вода, в конце концов.
- Я буду не против, если ты притащишь сюда синтезатор, кстати, - произнес Вэл, когда они уже вышли из кабинета. Повернул ключ в замке - осталось только отнести на вахту. - С музыкой всегда лучше работается. И вообще, я люблю, когда ты играешь.
Через пару мгновений коридор опустел. В конце концов, фестиваль никого ждать не собирался.
-----> через комнату - в сад Намимори.

Отредактировано Valentine Thorn (2013-01-28 16:00:07)

+1


Вы здесь » School wars » Здание школы » Художественный класс


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC